Непобедимым — многолетье,
Прославившимся исполать!
Раздолье жить на белом свете,
И без конца морская гладь.
И русская судьба безбрежней,
Чем может грезиться во сне,
И вечно остается прежней
При небывалой новизне.
И на одноименной грани
Ее поэтов похвала,
Историков ее преданья
И армии ее дела.
И блеск ее морского флота,
И русских сказок закрома,
И гении ее полета,
И небо, и она сама.
И вот на эту ширь раздолья
Глядят из глубины веков
Нахимов в звездном ореоле
И в медальоне — Ушаков.
Вся жизнь их — подвиг неустанный.
Они, не пожалев сердец,
Сверкают темой для романа
И дали чести образец.
Их жизнь не промелькнула мимо,
Не затерялась вдалеке.
Их след лежит неизгладимо
На времени и на моряке.
Они живут свежо и пылко,
Распорядительны без слов,
И чувствуют родную жилку
B горячке гордых парусов.
На боевой морской арене
Они из дымовых завес
Стрелой бросаются в сраженье
Противнику наперерез.
Бегут в расстройстве стаи турок.
За ночью следует рассвет.
На рейде тлеет, как окурок,
Турецкий тонущий корвет.
И, все препятствия осилив,
Ширяет флагманский фрегат,
Размахом вытянутых крыльев
Уже не ведая преград.
Франк Венай "Лицо женщины"
"8Если я люблю тебя недостаточно нежно,это,может быть,
потому,что наши дни сотканы из лжи и ненависти,а я безору-
жен.Я притворюсь сильным,а из зеркал на меня смотрит
ребенок,и мне становится так холодно,что я готов молиться;
я тороплю свою жизнь,я подгоняю часы,но мне хочется раз-
рыдаться,
безутешно-как итальянская мать на экране-
хочется разрыдаться ,глядя на твои детские плечи,опущенные
от усталости-ежедневной гостьи наших вечеров.Но за
каждую твою слезинку воздастся сторицей,и пока я могу
любить тебя,и пока твоя грудь поднимается под моей рукой,
мы побеждаем ночь,и я отгораживаюсь от одиночества завесой
кромешного наслаждения."
Это счастливый поэт. Его "белые стихи" пережили своё время. И никакой машинист экскаватора не участвовал в глумлении над ним, написав"не читал,но осуждаю".
Иной имел мою Аглаю
За свой мундир и черный ус,
Другой за деньги - понимаю,
Другой за то, что был француз,
Клеон - умом ее стращая,
Дамис - за то, что нежно пел.
Скажи теперь, мой друг Аглая,
За что твой муж тебя имел?
О, независимость, ты друг, ты идол мой!
Души богатство не возвысит, что деньги?
Деньги что? От денег, милый мой,
И независимость зависит.
Закончила читать пенталогию о Чингисхане-основателе монгольской государственности и его потомках,один из которых завоевал и объединил две части Китая и основал династию Юань(впоследствии так назвали монету). Очень интересно.
Молодость и зрелость сели на скамейку…
Молодость сказала: «Ты как я сумей-ка…»
Зрелость отвечала: «Красота не вечна,
Научись делиться красотой сердечной…»
Молодость, с насмешкой: «Что в тебе такого?
Дом, семья, работа… Скучные оковы…»
Зрелость улыбалась, будто младшей дочке:
«Без оков семейных люди – одиночки…»
Молодость твердила: «Всё во мне прекрасно,
Молода, свободна, и красива, ясно?»
Зрелость отвечала: «Я тебя мудрее,
И с тобой, малышка, спорить не посмею…
Повзрослей, узнаешь, счастье не в свободе,
Не в ночных гуляньях, не в Парижской моде…»
Молодость смеялась: «Глупости всё это,
Раз не в этом счастье, значит счастья нету»
Зрелость отвечала: «Нет, оно бывает,
Если жить с любимым небо позволяет,
Если смех детишек слышится из дома…
Ты ещё со счастьем, крошка, незнакома…»
Молодость спросила: «Если правда это,
Что ж ночами плачешь и о чём секреты?»
«Я ночами плачу…», - зрелость говорила:
«Потому что раньше это не ценила…»
Ирина Самарина-Лабиринт